Обеспечение национальной безопасности является первичной и основной функцией любого суверенного государства. Различия между субъектами международных отношений появляются именно на уровне определения природы национальной безопасности и ее содержания. Причем самая главная их часть - это объективный анализ тех адекватных и симметричных методов и ресурсов, которые государство может "потратить" на ее обеспечение. Очевидно, что углубление региональных разделительных линий для единственной закрытой (landlocked) страны Южного Кавказа - Армении, является прямой угрозой ее национальной безопасности. Имея это ввиду, Армения всегда выступала неустанным чемпионом в реализации идей создания зон безопасности или всеовозможных пактов стабильности на Южном Кавказе, включая последнюю по времени турецкую (!) инициативу августа 2008 года. Все это пока ни к чему осязаемому не привело.

Августовская война, годовщину которой вспоминали на той неделе, явилась водоразделом для армянской дипломатии. Когда впоследствии скоротечной войны в Ереване началась (кстати очень искусственная) паника по поводу того, что из-за фактического закрытия грузинского корридора для транзита грузов в Армению исчерпываются продовольственные запасы в стране, новая Администрация столкнулась с первым и серьезным вызовом. Естественно, не без поддержки внешних сил, было решено попытаться открыть "окно в Европу" через Турцию. Провал этой политики из-за неуступчивости всех вовлеченных сторон, принес новые проблемы и вызовы. Была пробита брешь в национальной безопасности Армении, первым и явным показателем которого стало фактическое включение Турции в мирный процесс на карабахском фронте, как это не парадоксально - через процесс примирения. Конечно, с этим армянские власти не могли смириться, но это сути дела не меняет.

В итоге, мирный процесс в Карабахе неумолимо катится к войне, прекрасным поводом к которому служат именно "мадридские принципы" и всякие провокации вокруг них, которые толкуются каждым участником процесса в угоду своих интересов. Фактически этот документ используется, как аргумент в пользу войны, поскольку дает повод каждой из сторон тыкать пальцем на неуступчивость противника. Независимо от того, что именно и в какой очередности предписано в "мадридских принципах", стороны в своих публичных заявлениях очень далеко отошли от сути урегулирования. Последняя изначально заключалась в борьбе населения Нагорного Карабаха за право жить в своей собственной и независимой стране. От сути процесса отошла и Армения, не говоря уже о самой НКР, которые уже долгое время не предпринимают усилий для международного признания субъектности де-факто независимого образования, хотя бы на уровне признания ее права на участие в переговорном процессе. В этом отношении будет сильным шагом планирующееся выступление президента НКР на одной из сессий 65-ой ГА ООН в сентябре.

На фоне всех этих сложных процессов, гонка вооружений между Арменией, НКР и Азербайджаном продолжается с повышенной активностью. Особенно очевидна роль Москвы, которая продает оружие и комплектующие материалы всем сторонам конфликта. На фоне отречения Соединенных Штатов и де-факто также ЕС от региона, Кремль заполняет пробелы с завидной скоростью. Игнорирование существования Грузии как суверенного государства, размещение систем ПВО в Абхазии и Южной Осетии, еще не подтвержденная продажа систем С-300 Азербайджану - лишь видимая часть айсберга. Предполагаемый армяно-российский протокол о военной базе являет собой классический "договор перестраховки", которым стороны пытаются решать сразу несколько проблем. С точки зрения проблем региональной безопасности, Россия обязуется обеспечить безопасность Армении, которая, в свою очередь, гарантирует безопасность Нагорно-Карабахской Республики, что является действенным фактором вовлечения России в гипотетический конфликт в Нагорном Карабахе. В частности, в Военной Доктрине Армении отмечается, что Армения не только является гарантом безопасности народа НКР, но также эти задачи взаимосвязаны общностью восприятия.

И когда некоторые эксперты из Вашингтона предлагают Белому Дому отменить де-факто эмбарго на поставки вооружений Грузии, или поставить ракеты Пэтриот (всепогодные системы ПВО для поражения тактических баллистических ракет, крылатых ракет и современных самолетов) Азербайджану, начинает казаться, что они волей-неволей выступают в роли "адвокатов дьявола". Ведь, например, режим де-факто эмбарго в отношении Грузии был принят (по умолчанию) после того, как президент М.Саакашвили начал ракетный обстрел Южной Осетии, неправильно интерпретировав поддержку Соединенных Штатов, а президент Азербайджана И.Алиев все чаще призывает к военной агрессии против народа Нагорного Карабаха, который в свое время воспользовался своим законным правом на внешнюю сецессию. Кстати говоря, вспоминая судебное решение по Косово, Международный Суд де-юре правозгласил право на одностроннюю внешнюю сецессию правовой нормой, что явилось логической точкой в доктрине гуманитарных интервенций. А не гуманитарными ли мотивами руководствовались армянские власти в карабахской интервенции? Еще в июне 1999г. на конференции в вашингтонском Центре Стратегических и Междунарондых Исследований (CSIS) министр ИД Армении В.Осканян сказал: "Мы практически сделали работу НАТО (в Нагорном Карабахе)".

Подытоживая, остается с опаской наблюдать за происходящими на Южном Кавказе, в ожидании большой войны.

Ованнес Никогосян - эксперт Институа публичной политики (Ереван)