На 18 мая запланирован визит турецкого премьера Реджепа Тайипа Эрдогана в Баку. Как всегда, он будет иметь многоплановый характер, поскольку совершается после посещения Анкары президентом РФ Дмитрием Медведевым. По мнению газеты Zaman, в числе главных вопросов обсуждения в Баку - энергетическое сотрудничество и, конечно, проблемы карабахского урегулирования. Это не случайно, поскольку на обоих направлениях сейчас появляются новые возможности.

Прежде всего, они проявляются в том, что Анкара и Баку, после некоторого периода охлаждения во взаимоотношениях из-за процесса армяно-турецкой нормализации, решили возобновить интенсивный диалог на высоком уровне. При этом стороны осторожно шли навстречу друг другу. Речь шла не просто о новой цене поставляемого Азербайджаном газа, но о выработке принципиально нового пакетного решения по газу. Причем оно практически было подготовлено уже в конце апреля и его можно было подписывать до визита в Анкару президента РФ Дмитрия Медведева. Но тогда был бы запущен новый сценарий дальнейших действий Баку и Анкары, в частности, в отношении российского проекта "Южный поток".

Анкара и Баку выжидали. И вот почему.

В конце апреля, уже после смены власти в Киеве, премьер-министр РФ Владимир Путин на пресс-конференции в Италии заявлял, что, хотя Россия подписала договоры с Украиной и гарантировала на 10 лет поставки углеводородов через её территорию, Россия продолжает делать ставку на крупные инфраструктурные проекты. Речь шла о "Южном потоке", к которому, как заявил глава правительства РФ, по взаимной договоренности присоединится "Электрисите де Франс". Он также напомнил, что после присоединения Австрии к реализации "Южного потока" завершился процесс формирования правовой базы этого проекта. Ранее и Турция поддержала Россию, выдав официальное разрешение на проведение геологоразведочных работ в своей акватории Черного моря.

При этом Анкара и Баку выдержали - по разным причинам - определенное давление со стороны Вашингтона. В Турции, к примеру, продавливался сценарий ратификации парламентом цюрихских протоколов, направленных на нормализацию турецко-армянских отношений. Азербайджан обвиняли в том, что, подписав соглашение о строительстве Транскаспийского газопровода, он, прикрываясь переговорами с Турцией о цене, не только затормозил проект NABUCCO, но и подписал газовое соглашение с Россией.

В таких условиях идти на обострение отношений с Москвой ни Анкаре, ни Баку было не с руки. В то же время у турок стало складываться ощущение того, что заинтересованность российской стороны в реализации проекта "Южный поток" через турецкие территориальные воды несколько снизилась. Они опасались, что может быть изменена "Дорожная карта", в которой нефтепровод Самсун-Джейхан являлся своеобразным приложением к "Южному потоку". Причем, судя по всему, до самого последнего момента, даже в ходе визита Дмитрия Медведева в Анкару, эта проблема витала в воздухе. Когда глава России предпочел не поднимать эту тему, все неожиданно было обставлено так, что Турция якобы отказалась подписывать соглашение о прокладке "Южного потока" по дну Черного моря.

Поплыли слухи, что Азербайджан и Турция выстраивают свою контрстратегию в противовес "Южному потоку". При этом ссылка делалась на потенциальные возможности Турции стать транзитером газа с "Шах-Дениз-2", а также получить право перепродажи сырья в Европу. Это и создало в Анкаре ту "тонкую" интригу, которую обсасывали многие российские СМИ, подозревавшие Турцию в "двойной игре" против России.

Если бы это было действительно так, то дальнейшие события в двухсторонних отношениях России и Турции развивались бы по совершенно иному сценарию: Россия могла бы отказаться от проекта нефтепровода "Самсун-Джейхан", перенести главный акцент в газовой стратегии на Украину. Однако такого не произошло. Как заявил вице-премьер Игорь Сечин на заседании президиума правительства, глава правительства Турции на самом деле одобрил строительство "Южного потока" и окончательное разрешение Россия получит в ноябре этого года.

В то же время по сообщению "Русской службы RFI" (Франция), сопровождавший Дмитрия Медведева российский министр энергетики Сергей Шматко заявил в Анкаре, что Россия не имеет ничего против одновременного участия Турции в конкурирующем с "Южным потоком" проекте NABUCCO. RFI расценила это "как жест России в адрес Европе", отказ разыгрывать "карту" Турции в целях блокировки NABUCCO. Плюс к этому была допущена и "утечка информации" о том, что "в России существуют сторонники объединения маршрутов "Южного потока" и NABUCCO.

Вот почему предстоящий визит в Баку главы турецкого правительства Эрдогана высвечивает некоторые нюансы пока еще контурно складывающегося энергетического альянса Москва-Анкара-Баку, одновременно содержащего как российское, так и западное направление. То есть речь идет об отходе от технологий конкуренции и конфронтации и поисках переходов к конструктивному сотрудничеству.

Понятно, что крупномасштабные долгосрочные проекты, особенно в Закавказье, требуют политической стабильности и предсказуемости. Ясно и то, что для Азербайджана главой задачей остается проблема карабахского урегулирования. Турция "завязана" на цюрихские протоколы. Россия выступает в роли одного из главных посредников в азербайджано-армянском диалоге.

Поэтому выстраиваемый энергетический альянс не может оказаться полноценным без участия Армении. В этой связи можно предположить, что Москва и Анкара будут оказывать сдерживающее воздействие на участников конфликта и будут предлагать свои совместно выработанные варианты урегулирования. Что касается конкретных сроков начала активных действий на этом направлении, то, похоже, до осени - пока не пройдет референдум в Турции - ожидать каких-либо продвижений по части нормализации отношений с Арменией не стоит. Но этот вопрос, как заявил Дмитрий Медеведев в Анкаре, не сходит с повестки дня.

Одновременно будет активизирована работа Минской группы ОБСЕ, которая также, похоже, только к осени должна будет подготовить приемлемую для Баку и Еревана редакцию Мадридских принципов. Но в обозначенный промежуток времени Москва активизирует свою дипломатическую деятельность в сторону участников карабахского конфликта, и будет по мере необходимости вводить в действие и турецкий фактор. При этом к этой работе будет привлечен и Запад. То есть именно на общей экономической базе, общей заинтересованности, возможно, будет строиться политика выработки взаимоприемлемых решений, поскольку, как показала практика, на одной голой дипломатии далеко не уедешь. Это - шанс, которым стоит воспользоваться Азербайджану и Армении.